Селезнев: «Шахтер» на голову сильнее «Динамо», если не на две

Евгений Селезнев в эфире телепрограммы «Моя Гра» рассказал о своей жизни в Турции и многом другом.

— Как тебе в Турции?
— Супер!

— Ты там не царь, а султан?
— Я там тот, кем и здесь был — Евгений Селезнев.

— Как тебя называют фанаты?
— Я турецкий не знаю.

— Не учишь?
— Попробуй его выучи! Немного понимаю, несколько слов. Тренер со мной говорит на английском.

— В общем, как тебе живется там?
— Там, где я сейчас — очень хорошо. Во-первых, город другой, во-вторых, качественная команда, где играют хорошие футболисты. Когда я пришел, они были на дне турнирной таблицы и не могли выиграть на протяжении 12-ти игр, а сейчас занимают девятое место. Также построили новый стадион, ведь раньше они играли не в своем городе. На каждой игре стадион забит битком. В Турции ты каждый день слышишь о футболе. К примеру, на тренировку перед поединком Галатасарая и Фенербахче пришло 25 тысяч человек. В Украине за весь сезон столько людей не соберется.

— Почему ты не забрал семью в Турцию?
— Алла (супруга Евгения – авт.) со мной, но иногда приезжает в Украину. Мой ребенок учится и занимается хоккеем здесь.

— То есть, у отца-футболиста, сын — хоккеист?
— Он все делает вопреки мне. К примеру, взял  номер, который я не люблю. Или когда на лед вместе выходим, говорит, что я не тренер и не могу его учить.

— То есть, ты для него не авторитет?
— Авторитет, но не в хоккее. Он говорит, что я не умею играть.

— Чем занимаешься в Турции в свободное время?
— Или в баскетбол играю, или в тренажерный зал хожу.

— А какие-то развлечения?
— Старый, наверно, для этого стал. Иногда можем с супругой и сыном выйти покушать.

— А когда без семьи?
— Играю в World of Tanks.

— А Playstation?
Я не любитель… К примеру, раньше в сборной, когда Воронин еще там был, собирались вместе, общались, шутили. А сейчас все в комнатах закрываются, играя в Playstation. В свое время Андрей Воронин бы не разговаривал со мной неделю, если бы я закрылся в комнате вместо того, чтобы быть со всеми вместе.

—  Это сейчас так?
— Не знаю, как сейчас. Я ж давно там не был.

— Сейчас ты много забиваешь. Это возрождение форварда Евгения Селезнева?
— Может быть, это нескромно, но я и раньше немало забивал. Да, в Карабюкспоре у меня были определенные проблемы — никто этого не скрывал. Сейчас у меня все хорошо: хороший тренер и отличная команда. Я счастлив.

— Ты много забивал в Днепре, после чего перешел в Кубань. Сколько ты там забил?
— Не помню, мало. Не хочу вспоминать это время, ведь нет смысла.

— Когда ты вспоминаешь о периоде в Кубани, какие эмоции возникают?
— Думаю, что не должен был уходить из Днепра.

— Это было ошибкой?
— Да.

— Ты же знал обо всей критике в свою сторону?
— Конечно, я же не мог глаза закрыть.

— Сильно переживал?
— Как и любой другой человек.

— Как я понимаю, больше Евгений Селезнев не поедет играть в Россию?
— Наверное, да.

— Какие проблемы у тебя были в Карабюкспоре?
— Не платили деньги. Но это в прошлом, не хочу даже вспоминать. Не платили, и до сих пор ничего не поменялось.

— А много должны? 
— Задолженность — полгода.

— Ты собираешься судиться с ними?
— Надеюсь договориться мирно — над этим сейчас работают юристы. Я неконфликтный человек и не хочу ни с кем судиться. К примеру, на Днепр я никогда в жизни не подам в суд, ведь у меня рука не поднимется. Как можно судиться с командой, которая подарила мне столько прекрасных эмоций, которой я отдал полжизни… Эмоции — вещь намного важнее, чем любые деньги.

— Если бы Игор Тудор остался в Галатасарае, ты бы там играл уже?
— Была такая возможность, но не срослось. Я очень ждал и надеялся до последнего дня.

— Когда ты должен был перейти?
— Летом.

— Какова была причина срыва этого трансфера?
— Если честно, я и сам всей правды не знаю — так получилось.

— У тебя опустились руки? 
— Да, ведь мыслями я был уже там. Мне понадобилось полгода, чтобы собраться после этого.

— Где хотешь закончить карьеру?
— Надеюсь, смогу закончить карьеру в Украине. Я верю, что Днепр еще вернется. Также я хочу стать рекордсменом по количеству голов в чемпионате Украины. Я уверен, что сделаю это!

— Ты же хотел побить рекорд по количеству голов за Днепр?
— Я все хочу и желаю попасть в историю.

— Но попасть в историю можно благодаря трофеям.
— В Украине я выиграл практически все. Да, я попал в историю, но в командном плане, а теперь хочу индивидуально. Дайте мне полгода, может, год, и я побью рекорд.

— Тебе было обидно, когда Шахтер вылетел из Лиги чемпионов?
— Я очень болел за них и переживал, потому что надеялся, что они пройдут дальше. Если бы Феррейра забил дома на последней минуте, то все бы сложилось иначе.

— А почему Динамо не прошло Лацио?
— Если объективно смотреть, то итальянцы были сильнее.

— Как тебе сегодняшнее Динамо?
— Давайте объективно смотреть на вещи: сегодня чемпионат Украины стал слабее. К тому же, у киевлян происходит смена поколений и омоложение состава. Возможно, им нужно время.

— У этого состава киевлян есть шансы побороться с Шахтером за чемпионство?
— Сейчас очень сложно бороться с Шахтером. Очень надеюсь, что интрига будет жить, но донецкий клуб на данный момент сильнее на голову, если не на две.

— Почему Евгения Селезнева, прекрасного футболиста, не вызвали в сборную Украины?
— Перед тобой сидит Селезнев, а не Шевченко:) Мы с Андреем Николаевичем разговаривали, и он сказал, что нужно дать шанс молодым. Есть главный тренер, который решил вызвать других футболистов — это его решение, и он прав. Если честно, в сборной хотел бы посмотреть на Яремчука, ведь это хороший футболист, судя по тому, что я видел.

— Какие у тебя отношения с Андреем Шевченко?
— Хорошие. Повторюсь, это главный тренер, который выбрал определенный состав. Тренер всегда прав.

— Какие эмоции были у тебя, когда узнал, что не попал в сборную?
— Не плакал — это точно.

— Андрей Шевченко сам тебе сообщил об этом, правильно?
— Да, он сам мне позвонил, и мне было очень приятно. Андрей Николаевич сказал, что в сборной следят за мной, поэтому я не расстраиваюсь, ведь это просто нужно принять. Все нормально.

— Евгений Селезнев еще поможет сборной? Порох в пороховницах есть?
— Да, ведь я играю и забиваю. Почему нет?

— Тебе обидно, что так и не удалось закончить квалификацию на Чемпионат Мира?
— Значит, был слишком слаб. Я три раза пролетал мимо ЧМ. Больше всего в своей карьере я расстроен, что так и не побываю на мундиале.

— Ты когда-то плакал?
— Конечно. В финале Лиги Европы плакал. Ведь я понимал, что это был мой шанс в финале еврокубков. Я понимал, что Бог дал возможность, мы были в шаге от победы и могли взять такое желанное золото. После матча я сказал Руслану (сыну – авт.), что в жизни есть только одна медаль, которая светится — золотая. Я считаю, что мы должны были выжать из себя максимум. Сейчас никто не помнит, что мы были в финале Лиги Европы.

— То есть, вас забывают?
— Может, и не забывают. Однако сейчас вспоминают лишь то, что Севилья стала чемпионом, а с кем она играла — никому не интересно. Так всегда происходит в жизни.

Беседовала Алла Бублий, телеканал Футбол